Чаплин снял эту ленту уже в расцвет звукового кинематографа, но сознательно сделал ее почти полностью немой, оставив только один музыкальный номер в финале. Этот художественный выбор одновременно является данью уважения жанру, в котором он добился мировой славы, и горькой иронией над тем, как машины и конвейерная логика отнимают у людей даже самое простое право на самовыражение.
Сортировать:Показано: 1